Во вторник Владимир Путин должен посетить Польшу, чтобы вместе с канцлером Германии Ангелой Меркель и польскими лидерами отметить 70-ю годовщину начала Второй мировой войны. Но за этой демонстрацией единства скрываются глубокие разногласия по поводу начала войны, ее причин и последствий. Даже сегодня этот спор остается взрывоопасным, и политики не хотят уступить его историками - особенно, в Восточной Европе.
Споры идут вокруг роли Советского Союза в самом кровавом конфликте в истории человечества, и не в последнюю очередь - его ответственности в развязывании войны. Путин сделал бы немало для снятия политической напряженности в отношениях между Россией и восточными членами Европейского Союза, во главе которых - Польша, если бы сделал ряд примирительных заявлений. Никто не ожидает извинений, достаточно было бы пары слов о том, что он понимает, почему соседи Москвы не разделяют ее точку зрения на войну. Для многих поляков, прибалтов и прочих восточноевропейцев Сталин такой же злодей, как Гитлер. Литва была инициатором резолюции, принятой этим летом Организацией по безопасности и сотрудничеству в Европе, в которой предлагается отмечать всеевропейский день памяти жертв сталинизма и нацизма. Ранее с аналогичным призывом выступил Европейский парламент.
Этот день предлагалось отмечать 23 августа, в день подписания в 1939 г. пакта Молотова-Риббентропа, по которому Берлин и Москва разделили между собой Восточную Европу за неделю до вступления гитлеровских танков в Польшу.
Голосование в ОБСЕ вызвало небывалое раздражение в Москве, которая расценила его как попытку 'уравнять' Гитлера и Сталина. Россия принялась с удвоенной силой пропагандировать собственную версию пресловутого пакта - что это был тактический ход Сталина, призванный дать время для подготовки к войне с Гитлером, поэтому он мало отличался от западных договоренностей с Германией - таких, как мюнхенские соглашения 1938 г.
Российское видение неверно. Любая попытка оправдать пакт подрывается дальнейшими беспощадными шагами Сталина: жестокой оккупацией Восточной Польши и прибалтийских государств, массовыми депортациями и расстрелами - в том числе, 25 тысяч польских офицеров. Дипломатическая тактика? Вряд ли.
За этим спором лежат фундаментальные противоречия в оценках Сталина. Согласно официальной российской версии, эксцессы диктатора искупает его роль в разгроме Гитлера. Тут речь идет о центральном понятии самовосприятия России: русские считают победу над Германией величайшим триумфом Советского Союза, который был одержан ужасной ценой. Если ставится под сомнение победа, то вместе с ней и жертва. Путинская правящая элита эксплуатирует эти чувства для укрепления своей власти и осуждает критиков сталинизма как критиков России.
Большинство восточноевропейцев считает иначе. По их мнению, Сталин не только способствовал началу войны и совершил ужасные преступления, но и позже навязал тиранию, с которой было покончено лишь в 1989 г. Последствия дают о себе знать по сей день - например, в периодических расследованиях предполагаемых фактов сотрудничества с тайными службами коммунистического режима.
Есть ли выход из этого тупика? Да, но он сложен. В Западной Европе война больше не является столь эмоциональной темой, поскольку дискуссии о таких ее спорных моментах, как мюнхенское соглашение, продолжались несколько десятилетий. Кроме того, Германия, основной противник западных союзников, провела беспрецедентное испытание совести, не в последнюю очередь на предмет Холокоста.
В отличие от них, поляки и прочие восточноевропейцы начали подобные дебаты лишь после 1989 г. На то, чтобы чтить память героев, не говоря уже о том, чтобы исследовать такие деликатные вопросы, как содействие в уничтожении евреев, просто не хватало времени. Но продвижение есть, а при свободе слова и открытых архивах оно продолжится.
Россия - другое дело. После бурных открытых дискуссий в 1990-е годы власти ограничили общественное обсуждение таких трудных вопросов, как советские военные преступления. Ужесточив контроль над политической жизнью, Путин взялся и за историю, в частности, при помощи закона, объявляющего 'фальсификацию истории' уголовным преступлением.
Ложь продолжает распространяться - так, например, один официальный историк недавно отрицал, что в 1940 г. прибалтийские государства были оккупированы, заявляя, что они добровольно вошли в состав Советского Союза.
Больше всего страдают от этой лжи не прибалты и не поляки, а сами русские. Лидеры России должны как-то найти честный способ примирения победы над Германией с темной стороной истории России в ХХ веке. Это будет непросто. Но несколько слов правды, произнесенных в Польше во вторник, стали бы началом.
The Financial Times (перевод ИноСМИ)
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Навигация
Информация